Арно Даль "Мистериозо": Thelonious Monk "52nd Street Theme"

"...В элегантную трехкомнатную квартиру учителя Хассельгрена они попали под вечер. Солнце еще светило, и Гётеборг погрузился в свой отвратительный смог. Он был удушающим, и дородный господин Хассельгрен встретил их, одетый в сетчатую футболку. Сквозь нее просвечивали седые клочковатые волосы; кое-где они даже пробрались через крупные ячейки наружу. В глубине квартиры звучал голос Телониуса Монка.

— Тема пятьдесят второй улицы, — сказала Черстин Хольм, тем самым открыв дверь в сердце старог..."

Арно Даль "Мистериозо": Lester Young, Kenny Clarke

"...Черстин Хольм отправилась к отставному майору Эрику Родхольму на Линнегатан. Он оказался элегантным джентльменом, перешедшим рубеж среднего возраста, и его страсть к небанальным джазовым композициям была столь же грандиозной, сколь и неожиданной. Как позднее описывала его Хольм, он производил впечатление человека, для которого ритм и такт важны одинаково, и Карен Соуз — его идеал. Но это было ложное впечатление. Он собрал огромную коллекцию пиратских джазовых записей из самых сомнительных клубов — от Карелии до Ганы. Поначалу он не хотел признаваться, что владеет чем-либо незаконным, но в результате применения метода, который Черстин не захотела раскрывать, не без гордости показал свою неординарную коллекцию, спрятанную в задней стенке вертящейся книжной полки. Он клялся «отечеством и флагом», что ему никогда не приходила мысль скопировать хотя бы одну из этих уникальных композиций. Хольм видела и, разумеется, слышала экземпляр композиции «Risky», принадлежавший майору Родхольму. Она также задержалась на два часа, чтобы прослушать выступление Лестера Янга в Зальцбурге и Кении Кларка в отеле Худиксвалль..."

Lester Young

Kenny Clarke

Арно Даль "Мистериозо": Bill Evans

"...Они начали поиски в невероятно захламленной квартире, заполненной самыми разнообразными предметами, как то: засушенная голова удава, которая лежала под столом и рассыпалась в прах в руках у Йельма, грязная одежда, обувная коробка с польскими злотыми, опять грязная одежда, антикварный финский порножурнал с черными губами, сжимающими член, еще грязная одежда, несколько метательных ножей из Ботсваны, невероятно большая куча грязной одежды, тринадцать разбросанных по углам немытых пивных кружек, виниловая пластинка без конверта, но с автографом Билла Эванса* прямо на звуковых дорожках, несметное количество ресторанных счетов…"

* Сложно сказать, о каком Билле Эвансе идет речь. 

Первый - один из выдающихся джазовых пианистов ХХ века.

Второй - известный джазовый саксофонист.

Арно Даль "Мистериозо": Wynton Marsalis, Branford Marsalis, Delfeayo Marsalis, Jason Marsalis

"...— Вы наверняка слышали о новом направлении в американском джазе, — сказал Чавес. — Анти-саморазрушительном. Братья Марсалис и другие более радикальные ребята. Не думаете ли вы, что настала пора сдать в архив этот миф об аутсайдерах?

— Традиционалисты! — изрыгнул из себя Белый Джим на своем американском шведском. — Думают, что можно создавать музыку, зазубрив всю музыкальную историю. Как будто это школьный предмет. Where does their fucking pain come from! Books? Fucking mother’s boys! Those who talk don’t know, those who know don’t talk.

Йельм и Хольм обменялись быстрыми взглядами.

— Они создают новое, познавая все, — настаивал Чавес. — Это не так уж странно. Они знают каждый риф, каждый маленький пассаж, каждый маленький фрагмент в истории джаза. Именно оттуда они черпают ту силу и ту боль, которая им необходима. Они могут пользоваться вашими достижениями, не повторяя ваших ошибок. Это совершенно новый подход к искусству!

— Это очень старый подход к искусству! — сказал Ричард со сдерживаемым бешенством. — Как раз такой, от которого нам только что удалось избавиться. А вы хотите нас вернуть в эту чертову эру повторений!.."

Wynton Marsalis

Branford Marsalis

Delfeayo Marsalis

 Jason Marsalis

Арно Даль "Мистериозо": Thelonious Monk "Misterioso"

"...— Музыка, джаз. В магнитофоне находится кассета, которая, без сомнения, принадлежит убийце. Во всяком случае, не Брандбергу. Ни отец, ни дочь не слушали джаз, а магнитофон был включен, когда дочь вернулась и убийца был еще в комнате. По-видимому, у нашего неуловимого друга существует привычка, которой он всегда следует — после убийства он садится на диван и слушает джаз. Поскольку Хелена остановила кассету, мы точно знаем, о какой композиции идет речь, а раз в нашей группе есть двое, интересующиеся музыкой, то я подумал, что мы можем прямо сейчас послушать, что это за запись. Именно поэтому я тянул с вызовом техников. У нас есть где-то двадцать минут до того, как нас попросят очистить помещение.

— Я мало знаю джаз, — признался Гуннар Нюберг. Они вошли в гостиную и перешагнули через лежащий на полу труп. Надев резиновую перчатку, Хультин отмотал кассету на начало. Уже после трех-четырех первых фортепианных аккордов, еще до перебора клавиш, двое из «Группы А» хором воскликнули:

— «Мистериозо!»

Черстин Хольм и Хорхе Чавес с удивлением посмотрели друг на друга.

Хультин остановил запись.

— По одному, — спокойно распорядился Хультин, удачно проигнорировав тот факт, что двое из семи членов «Группы А» могут и ошибаться.

— Это классика джаза, — сказал Чавес после того, как Хольм кивнула ему. — Квартет Телониуса Монка. Монк на фортепиано, Джонни Гриффин на тенор-саксофоне, Ахмед Абдул Малик на басах, а на ударных… как его там?

— Рой Хайнз, — подсказала Черстин Хольм.

— Да, именно он, — согласился Хорхе. — По этой композиции и диск был назван «Мистериозо», она идет седьмой и последней, насколько я помню. Длиной в десять-одиннадцать минут. Изумительная игра Гриффина и маэстро Монка за роялем. И как обычно, сам же Монк ее и написал. Ну, что еще добавить?

Черстин Хольм проговорила:

— Все композиции на этом диске записаны волшебным вечером лета 1958 года в классическом джазовом клубе «Файв Спот Кафе» в Нью-Йорке. На CD-диске добавили две композиции, записанные на более раннем концерте тем же летом. Первая из них — тоже прекрасный образец джаза — называется «Около полуночи». Мы услышим, делал ли наш убийца запись с CD-диска или оригинальной пластинки. Если с CD, то «Около полуночи» будет идти сразу за «Мистериозо».

Она промотала кассету до заключительных фортепианных и саксофонных пассажей из «Мистериозо». После аплодисментов и свиста послышалась новая композиция, гораздо более хаотичная, экстатическая, словно бы созданная в приступе очень странного вдохновения. «Как будто и не музыка вовсе», — подумал не слишком сведущий в джазе Йельм. Саксофон и фортепиано точно поддразнивали друг друга, создавая то ли шедевр, то ли хаос. Йельм не мог понять.

— Ну и ну, — удивился Чавес. — Это совсем не «Около полуночи»..."

Арно Даль "Мистериозо": Джованни Пьерлуиджи да Палестрина «Missa papae Marcelli»

"...— Как вам нравится петь в церкви Марии Магдалины? — спросила у Нюберга Черстин Хольм.

— Потрясающая акустика, — ответил Гуннар. — Месса папы Марцелла.*

— Божественно, — мечтательно сказала Хольм..."

* «Missa papae Marcelli», сочинение Джованни Пьерлуиджи да Палестрина.

Арно Даль "Мистериозо": Public Enemy

"...День начался — хуже не придумаешь. В спальне было нечем дышать, раннее весеннее солнце ненадолго просочилось сквозь жалюзи, усугубляя духоту. С крепко вставшим с утра членом он пододвинулся к Силле, которая как бы невзначай отползла в сторону. Он не заметил этого, не захотел замечать и продолжал двигаться к ней со своей упрямой назойливой похотью. А она отстранялась от него сантиметр за сантиметром, пока наконец не оказалась на краю кровати и не свалилась на пол. Он вздрогнул, окончательно проснулся, сел на постели; возбуждение прошло. Силла осторожно поднялась с пола, мотая головой в безмолвном бешенстве. Она сунула руку в трусы и, вытащив пропитанную кровью прокладку, протянула ему. На его лице отразилась легкая гримаса — отвращение и извинение одновременно. Тут они заметили, что в дверях стоит четырнадцатилетний Данне и на его прыщавом лице застыл неприкрытый ужас. Сын тут же бросился прочь. Они услышали, как повернулся ключ в замке, как заорала во всю глотку группа «Public enemy». Они переглянулись. На какой-то миг их сблизило смущение и чувство вины. Силла выбежала из комнаты, несколько раз постучала Данне в дверь, но ответа не последовало..."

Арно Даль "Мистериозо": Бетховен "Ода к радости"

"...Часы показывали уже два, когда Йельм позвонил в дверь виллы в Нокебю. Он прослушал первые пятнадцать нот оды «К радости», трижды проигранные внутри какого-то дома, и посетовал на глухоту Бетховена. Он немного запутался, сверяясь с полицейской картой, и свернул на проселок вместо того, чтобы взять напрямую по Дроттнингхольмсвэген к мосту, соединяющему Нокебю с «большой землей». Он все еще проклинал свою глупость, когда стоял на большой террасе на Грёнвиксвэген, ожидая, что кто-нибудь откроет ему дверь. Прямо позади виллы находился пустой участок земли, спускавшийся к озеру Мэларен, тому самому, которое называют красивейшим из всех; точнее — к заливу между островами Черсён и Нокебю, между Стокгольмом и Экерё. Вилла не принадлежала к числу новых дворцов, но вполне соответствовала своему местоположению в этом западном статусном оазисе, над которым апрельское солнышко позволило себе распустить свои любопытные лучи..."