"...Когда мне было шестнадцать лет, вошло в моду пить а-ля «Ланкастер браун», крепкий, почти черный портер, который посасывали пижонистые мальчики, первые рокеры, с прическами как у Пресли, безумные, как Эдди Кокран и Джин Винсент*, а еще Томми Стил**, наименее известный из них четырех, но который вечером в субботу устраивал настоящий ад в «Two I's», крошечном заведении на Олд-Комптон-стрит. Эта кофейня, ставшая с тех пор легендарной, была такой маленькой, что его слушали снаружи, сидя на крыльях автомобилей или оперевшись спиной на витрины магазинчиков. Народ стоял до самой площади Пикадилли. Я и мои приятели хотели быть похожими на этих типов, потому что вокруг них всегда вились стайки девиц, юных бесстыдных созданий с лошадиными хвостиками и в коротких брючках, таких узких, что в карман нельзя было втиснуть носовой платок. Даже зимой на них были надеты только облегающие пуловеры и ничего сверху, только «распашонки», что-то вроде верхней части футболки, разрезанной в местах, где топорщились соски, специально чтобы приводить в бешенство этих господ в котелках из аристократического Уэст-Энда. А мы любили джинсы и белые футболки, как у Джеймса Дина в «Ярости жить», мы полировали волосы с помощью геля, начесывая их коком низко надо лбом, и днями напролет рассматривали себя в стеклах, витринах и зеркалах заднего вида, прицепив расческу к поясу своих «леви стросов», любимой тогдашней модели джинсов команды мотоциклистов «Ангелы ада», которые летали по городу на своих «харлей-дэвидсонах». Дэвидсон, Леви, Строс — эти наводящие на всех ужас ксенофобы с нацистскими значками не умели читать этикетки. Ковбойские сапоги стоили безумных денег, поэтому мы надевали остроносые ботинки с резинками, по возможности белыми или из синей искусственной замши. И верх великолепия — эти знаменитые «blue suede shoes», синие замшевые ботинки, воспетые Карлом Перкинсом***, которые бог знает почему моя мать называла обувью алжирцев..."
* Эдди Кокран (1938–1960) — американский певец и композитор, одна из ведущих фигур рок-н-ролла.
Джин Винсент (1935–1971) — один из пионеров рок-н-ролла.
** Томми Стил (р. 1938) — один из первых британских рокеров.
*** Карл Перкинс (1932–1998) — рокер, исполнитель баллад в стиле кантри.
"...Мы сидели в ее комнате, слушая «Американский пирог» Дона Маклина, дивясь поэзии Винсента и тому, как много она нам говорит..."
Джин Винсент (Gene Vincent)
Джин Винсент (Gene Vincent) (настоящее имя — Винсент
Юджин Крэддок, 11 февраля 1935, Норфолк, штат Виргиния — 12 октября
1971, Ньюхолл, Калифорния) — звезда американского рокабилли середины
50-х годов, один из пионеров рок-н-ролла, вошедший в историю с хитом «Be
Bop A Lula» (1956).
Винсент Юджин Крэддок родился в Норфолке, штат Виргиния, 11 февраля 1935 года. Он рос в атмосфере музыки кантри, ритм энд блюза, музыки госпел. Первый настоящий интерес к музыке проявился у мальчика, когда его семья жила в городке Манден Пойнт,
Виргиния, недалеко от границы с Северной Каролиной. Семья Крэддоков
владела там сельской лавкой. Первую свою гитару 12-летний Винсент
получил в подарок от друга.
Живя на прибрежной земле, Крэддок решил связать
свою жизнь с профессией моряка. Бросил школу в возрасте 17 лет и
завербовался в 1952 году в ВМС США.
Родители позволили сыну это сделать, подписали разрешительные
документы. Прошёл первичные тренинги и поступил на топливный заправщик,
корабль USS «Чукавэн». Перед прибытием на «Чукавэн» Винсент две недели стажировался на другом военном корабле — USS «Амфион».
Винсент был хорошим моряком во время пребывания в море, но приобрел
репутацию смутьяна во время увольнений на берег. Он никогда не
участвовал в боевых действиях, однако послужил в начале корейской войны.
Из Кореи домой вернулся на борту линкора USS «Висконсин», но в качестве
пассажира, а не члена команды.
В 1955 году Крэддок получил премию в 612 долларов, которые потратил
на покупку новенького мотоцикла Триумф. В июле 1955 попал в серьёзную
аварию, тяжело повредил левую ногу, колено. От ампутации не без
настояний своей матери отказался, ногу удалось сохранить, но до конца
жизни остался хромым и мучимым хроническими болями. Провёл много времени
в портсмутском военно-морском госпитале и впоследствии был списан на
берег по медицинским показаниям.
Лежа в больнице, Винсент убивал
время игрой на гитаре и, выписавшись, решил всерьез заняться музыкой.
Для начала Крэддок атаковал популярную в Норфолке радиостанцию "WCMS",
специализировавшуюся на кантри. Ему удалось познакомиться с тамошним
ди-джеем Биллом Дэйвисом ака Шериф Текс. Винсент представил на суд
Шерифу песню "Be-Bop-A-Lula", которую написал для него сосед по
больничной палате Дональд Грэйвз.
Дэйвис быстро сообразил, что
симпатичная вещица имеет коммерческий потенциал, Грэйвс получил
«отступную» в $25 и никогда серьезно не претендовал на копирайт. Винсент
Крэддок превратился в Джина Винсента, а для нормальной записи ему была
подобрана аккомпанирующая группа под названием "Blue caps". Последовал
контракт с "Capitol records" и, наконец, первый сингл вышел в свет. На
стороне "А" была записана композиция "Woman love", но не она стала
хитом, а почему-то оказавшаяся на би-сайде "Be-Bop-A-Lula". Песню
подхватили практически все радиостанции Америки, и в результате она
взлетела в чартах на седьмое место.
Вдогонку были выпущены
синглы "Bluejean Bop" и "Race With The Devil", хотя и получившие золотой
статус, но не вызвавшие у публики такого энтузиазма как
"Be-Bop-A-Lula". К концу 1956-го в "Blue cups" началась текучка кадров,
но это не помешало Джину и компании на следующий год выдать свой второй
по значимости хит, "Lotta lovin'". Примерно в это же время Винсент
появился в фильме "The girl can't help it".
Несмотря на обильные гастроли, популярность музыканта в Америке с
1958 года начала падать. "Blue caps" пройдя через серию кадровых
перестановок, окончательно распались, и Винсенту теперь приходилось
пользоваться услугами сессионщиков. В 60-х годах Джин перебрался в
Англию и сделал ставку на европейский рынок. Такой ход оправдал себя, и
популярность Винсента в Британии и Франции держалась еще длительное
время. В 1963-м истек контракт с "Capitol", и музыканту пришлось
выпускать свои пластинки (кстати, выходившие теперь не так часто) на
других лейблах.
Несмотря на то, что повторить успех
"Be-Bop-A-Lula" никак не удавалось, Джин не терял надежды и все время
пытался вернуть себе былую славу. Последними записями Винсента в Америке
стали 4 трека для записывающей компании Rolling Rock, сделанные за
несколько недель до смерти музыканта. Указанные треки позднее вышли на
сборнике песен-посвящений, включая вариант «Say Mama», исполненный его
дочерью, Мелоди Джин Винсент. На гитаре в песне аккомпанировал Джонни
Микс. 5 треков записаны Джином в октябре 1971 года в Великобритании.
Годом позже выпущены как «Последние записи».
Джин Винсент умер в
возрасте 36 лет (12 октября 1971 года) от разрыва язвы желудка во время
своей поездки к отцу в Калифорнию. Похоронен в городе Ньюхолл,
Калифорния, на кладбище Eternal Valley Memorial Park.
Винсент был
первым из вошедших в Зал славы рокабилли после открытия последнего в
1997 году. В последующие годы он занял своё место и в Зале славы
рок-н-ролла. Винсенту посвящена звезда на Голливудской Аллее славы на
Вайн-стрит, 1749.
Don McLean
Дональд Маклин ( род. 2 октября 1945 года в Нью-Йорке, США) — американский певец и музыкант, исполнитель собственных песен, всемирную известность которому принесли в начале 1970-х годов синглы: «American Pie» (о Бадди Холли) и «Vincent», посвящение Винсенту Ван Гогу (о втором из этих двух хитов в свою очередь была написана песня: «Killing Me Softly with His Song», ставшая знаменитой в исполнении Роберты Флэк).
В последующих работах Маклин сознательно отказался следовать путём,
который вывел его к массовому успеху, и в середине 1970-х годов потерял
контракт с United Artists. Интерес к творчеству певца возник вновь в 1980 году, после выхода альбома Chain Lightning; кавер на «Crying» Роя Орбисона
вновь вывел его в чарты. Но и это «возрождение» оказалось недолгим:
начиная с 1983 года Маклин, не имея контракта, в течение нескольких лет
зарабатывал себе на жизнь гастролями, неохотно исполняя «American Pie» и
ориентируясь уже, скорее, не на фолк-, а на кантри-аудиторию.
Позже он вновь оказался в центре внимания критики: высокие оценки получили альбомы For the Memories (1990, сборник поп-, кантри- и джаз-каверов) и River of Love (1995), альбом авторского материала.
American Pie
(посвящение Бадди Холли)
Давным-давно
Я все еще помню
Как та музыка заставляла меня улыбаться
И я знаю, если б на то была моя воля
Я бы сумел заставить людей танцевать,
И, быть может, они были бы счастливы хоть на минуту
Но февраль принес горе
С каждой газетой, что я получал.
Плохие новости на пороге,
И я не могу сделать ни шагу.
Я не помню, плакал ли я
Когда читал о той овдовевшей невесте.
Но что-то случилось внутри меня,
В день, когда музыка умерла.
Так что прощай, мисс Американская Девочка
Я приехал на своем шэви к набережной,
но она была пуста.
И те старые-добрые ребята пили виски и водку,
Распевая: "То будет день, когда я умру.
То будет день, когда я умру".
Написал ли ты книгу о любви,
И верил ли ты в Господа на небесах,
Как говорит тебе Библия?
Верил ли ты в рок-н-ролл,
И что музыка может спасти твою смертную душу,
И разве ты можешь научить меня медленным танцам?
Да, я знаю, что ты влюблена в него
Ведь я видел как вы танцуете в спортзале
Вы оба сняли обувь
Дружище, я ведь врубаюсь в этот ритм-н-блюз!
Я был одиноким влюбленным тинэйджером,
С розовой гвоздикой и грузовичком пикапом.
Но я знаю, мне не повезло,
В тот день, когда музыка умерла
И я начал петь:
"Прощай, мисс Американская девочка"
Я приехал на своем шэви к набережной,
но река высохла.
И те старые друзья пили виски и водку,
Распевая: "То будет день, когда я умру.
То будет день, когда я умру".
И вот десять лет мы были одни,
И катящийся камень порос мхом,
Все уже не так, как было раньше.
Когда шут пел для короля и королевы,
Одетый в пальто, какое носил Джеймс Дин,
И тогда голос заговорил во мне и в тебе.
О, и когда король отвернулся,
Шут украл его терновый венец.
Заседание было закрыто
И вердикт не был вынесен.
И пока Леннон читал Маркса,
Его квартет играл в парке
И они пели панихиду в темноте:
День, когда музыка умерла.
И они пели:
"Прощай, мисс Американская девочка"
Я приехал на своем шэви к набережной,
Но она была пуста.
И те старые друзья пили виски и водку,
Распевая: "То будет день, когда я умру.
То будет день, когда я умру".
Суматоха в летней духоте,
Птицы улетели из сломанной клетки.
Высота восемь миль, и падать - так высоко.
И против правил приземлились в траве,
И игроки попытались сделать прямой ход,
С шутом, что выбыл с дистанции.
Сейчас полуденный воздух наполнил сладкий парфюм,
Пока сержанты играют марш.
Мы все собрались на танец,
Но у нас нет никакого шанса!
Ибо игроки попытались занять поле,
Но оркестр с маршем отказался уйти.
Помнишь ли ты, что все это стало ясно,
В тот день когда музыка умерла?
Мы стали петь:
"Прощай, мисс Американская девочка"
Я приехал на своем шэви к набережной,
но она была пуста.
И те старые-добрые ребята пили виски и водку,
Распевая: "То будет день, когда я умру.
То будет день, когда я умру".
О, и так мы все оказались в одном месте -
Поколение, потерянное в пространстве.
И у нас нет времени, чтобы начать все сначала.
Так что Джек - будь проворен и будь быстр,
Джек Флэш занял себе подсвечник,
Ведь огонь - единственный друг дьявола.
И я смотрел на него, когда он был на сцене,
И мои руки яростно сжались в кулаки.
В аду не рождается ангелов,
Способных разрушить заклинание сатаны.
И языки пламени взметнулись высоко в ночь
Осветить ритуал жертвоприношения,
Я видел, что сатана радостно улыбается.
День, когда музыка умерла.
Он пел:
"Прощай, мисс Американская девочка"
Я приехал на своем шэви к набережной,
но она была пуста.
И те старые друзья пили виски и водку,
Распевая: "То будет день, когда я умру.
То будет день, когда я умру".
Я встретил девушку, поющую блюз,
И спросил ее о хороших новостях,
Но она лишь улыбнулась и ушла.
Я спустился в магазин в священный отдел,
Где раньше я бы всегда услышал музыку,
Но продавец сказал, что музыки больше не будет.
А на улицах: дети кричат,
Влюбленные плачут, а поэты спят.
И никто не произносит ни слова,
Все колокола в церкви сломаны.
И те трое, кеми я восхищался более всех:
Отец, Сын и Святой Дух,
Заскочили в последний поезд, идущий на побережье
День, когда музыка умерла.
И они все пели:
"Прощай-прощай, мисс Американская девочка",
Я приехал на своем шэви к набережной,
но она была пуста.
И те старые-добрые ребята пили виски и водку,
Распевая: "То будет день, когда я умру.
То будет день, когда я умру".
