Стівен Кінг "Маленький зелений бог агонії": "Frog went a courtin' and he did ride, uh-huh"

"...Ньюсом заплющив очі. З півтори хвилини кімнату не тривожив жоден звук, тільки вив вітер та бризкав дощ - наче хтось кидав жмені гравію об шибки. У Кет був старомодний механічний годинник, який батько подарував їй багато років тому на завершення школи медсестер, і коли вітер ненадовго затихав, вона чула його самозакохане цокання. І ще дещо: у дальному кінці будинку старенька Тоня Мердсен наспівувала, прибираючи кухню наприкінці робочого дня: "Вирішило жабенятко оженитись, ммммм..."*...

* "Frog went a courtin' and he did ride, uh-huh" - перший рядок відомої англійської народної пісеньки. вперше вона згадується в 1958 р. в "Скаргах Шотландії". Існує багато версій пісеньки, які різняться за змістом і фіналом, але завжди в центрі сюжету жабенятко, яке хоче одружитися з мишкою. Вельми популярна у сучасній поп-культурі. Звучала в "Маппет-шоу", "Футурамі", "Том і Джеррі" тощо.

Светлана Алексиевич "Зачарованные смертью": "Яблочко"

"...Мы мечтали среди крови — своей и чужой. Любимые стихи: „То сердце не научится любить, которое устало ненавидеть“, „… дело прочно, когда под ним струится кровь…“ Каким-то непостижимым образом кровь и мечта уживались. Человека просто не было — был капиталист, кулак, бедняк, пролетарий, империалист, буржуй. Убитого жалели, если он пролетарий, но как-то мимоходом жалели, на ходу, на марше. Как писал поэт: „… отряд не заметил потери бойца и „Яблочко“-песню допел до конца“. Ни капли, ни грамма сострадания, если — кулак, буржуй. Необъяснимая вещь! .."

Джон Коннолли "Темная лощина": Gene Clark & Carla Olson "Come All You Fair and Tender Ladies" (traditional)

"...Он опять принялся напевать песенку. Однако теперь произносил слова довольно внятно, хотя и явно что-то пропуская, словно не полностью помнил все строчки:

— Приходите все вы, прекрасные и нежные дамы. Будьте поосторожнее, кокетничая с парнем...

Я, наконец, вспомнил песню. Это была «Fair and Tender Ladies» — ее в свое время исполняли Джин Кларк и Карла Олсон. Сама же песня была еще старше. И тогда пришло окончательное понимание того, где я раньше слышал ее: Мид Пайн напевал эту песню, когда шел к своему дому..."

Джонатан Коу "ЭКСПО-58": "Horch was kommt von draußen rein!" (народная баварская песня)

"...Снова заиграл оркестр, и на балконе, чуть ли не под самым потолком, вдруг появился хор человек из двадцати — мужчины и женщины в национальных костюмах. Они затянули песню на три голоса. Клара счастливо улыбнулась:

— О, Horch was kommt von draußen rein! Обожаю эту песню!

Песня и впрямь была получше предыдущей — без монотонного буханья — не классическая музыка, конечно, но все же в ней была и плавность, и мелодичность, и округленность звуков, все то, что так импонировало Томасу. Публика снова начала хлопать в ладоши, но, по крайней мере, не вскакивала на столы и не впадала в неистовство.

— Наверное, Бавария — веселая земля. Я не слышал пока ни одной грустной песни, — заметил Томас.

— Ой, но у этой песни как раз такие печальные слова, — сказала Клара. — Есть две версии — мужская и женская. По нашей, женской версии, эта песня о том, что сегодня ее возлюбленный женится на другой, и героиня оплакивает его. Но она не сдается. Она будет бороться за своего любимого.

И Клара запела вместе с остальными следующий куплет:

Событья я не тороплю —

Холлахи-холлахо —

Кого хочу, того люблю —

Холлахи ахо!

— Да, кого хочу, того люблю! — пела вместе со всеми Клара..."

Джонатан Коу "ЭКСПО-58": "Ein Prosit Die Gemütlichkeit!" (народная баварская песня)

"...Взгремел оркестр, заиграв заводную песню. Многие перестали есть и захлопали в ладоши в такт музыке. Перегнувшись через стол, Клара, стараясь перекричать грохот оркестра, объяснила, что это Ein Prosit, баварская застольная песня. Аннеке и Клара тоже стали хлопать, музыка звучала все громче и громче, все быстрее и быстрее, а люди хором подпевали. Две девушки неподалеку вскочили со своих мест, забрались на стол и начали отплясывать, отталкивая ногами тарелки с едой, вызывая всеобщий восторг. Публика ликовала и топала ногами, подпевая:

За ваше здоровье,

За хлеб и за соль,

Мир вашему дому —

Яволь!

Раз, два, три — пей до дна!

Аннеке с Кларой тоже не удержались, вскочили со своих мест, протягивая руки своим кавалерам. Тони засмеялся, потряхивая головой, но танцевать не пошел, а Томас вцепился в свою кружку и стал жадно глотать пиво, только бы его не трогали. Девушки смешливо передернули плечами, махнув руками на своих мужчин, и пустились в пляс.

— Просто какой-то массовый психоз! — прокричал Тони, оглядываясь вокруг. — Уж не такие ли пивнушки привели Гитлера к власти?

— Тихо, что вы! Давайте сегодня обойдемся без политики.

Наконец, когда и музыка, и темп достигли своего апогея, оркестр ушкварил оглушительный финальный аккорд. Народ был заведен до такой степени, что никак не мог угомониться..."

Майгулль Аксельссон "Лед и вода, вода и лед": "Corinna, Corinna"

"...Но Сюсанна? Куда она ушла?

Об этом он мог позволить себе думать, пока пел Corinna, Corinna. Текст — проще простого, только повторить это имя двадцать девять раз, а если вдруг тридцать или двадцать восемь, тоже ничего страшного. Это не значит, правда, что хоть раз было тридцать или двадцать восемь. Он ведь Бьёрн Хальгрен, а у Бьёрна Хальгрена таких проколов не бывает. Но Сюсанны все нет. Он прошелся взглядом по всей публике — Co-o-rinna, Co-o-rinna, — но не увидел ее. Стоит, наверное, где-нибудь в толпе. Вот и следующий куплет — Oh, little darling, where've you been so long? — и вдруг Бьёрн ощутил — он здесь и сейчас, он на самом деле стоит тут, где стоит, и поет, что поет, что он — Бьёрн Хальгрен, а Бьёрн Хальгрен — никакой не бывший! Нет! И не станет бывшим. Тихая радость разлилась по всем клеткам его тела, и он сжал микрофон обеими руками, и гладил его, и, поднеся к самому рту, упивался звуками своего голоса, упивался той невероятной тишиной, что внезапно наступила вокруг. Еще чуть-чуть. Всего мгновение — двадцать семь, двадцать восемь, двадцать девять раз повторить это имя. А потом: I love you so…"

Майгулль Аксельссон "Лед и вода, вода и лед": "I'm a Man of Constant Sorrow"

"...Андерс прислоняется к стойке и хватает свою кружку, стараясь не слышать песню, гремящую из динамиков стереосистемы. I'm a Man of Constant Sorrow…* Нет. Он всего лишь подвыпивший врач общей практики, только что обрившийся наголо. Он осторожно проводит правой рукой по макушке, она гладкая и холодит ладонь. Не то чтобы большая разница, брить-то было особо нечего, но если его голый череп может стать дополнительным развлечением, то почему бы и нет? Всю свою взрослую жизнь, практически с того дня, как он не без некоторого чувства вины взял и женился на своей пациентке, Андерс старался держать с людьми профессиональную дистанцию. Теперь он больше не женат, ну разве что формально, и на профессиональную дистанцию ему плевать. Теперь ему более или менее плевать даже на сохранение самого себя в трезвом виде. Если кто-нибудь сегодня вечером возьмет и сломает ногу, сам будет виноват. Доктор не намерен накладывать ни шину, ни гипс. Доктор намерен нажраться как следует..."

* «Я человек вечной печали…» (англ.) — американская народная песня, исполнявшаяся многими известными певцами и группами.

Маркус Зузак "Я — посланник": «He’s Got the Whole World in His Hands»

"...Я уже некоторое время пытаюсь найти в толпе Тони. Разглядывая сидящих на скамьях людей, встречаюсь глазами с Софи. Она машет мне — привет, мол, — и снова поворачивается к алтарю слушать. А вот Тони я почему-то не вижу…

Под конец службы отец Томас заводит старую, еще со школы знакомую и любимую песню — «He’s Got the Whole World in His Hands». Все подпевают и хлопают в такт, и… ближе к концу мелодии я наконец-то вижу Тони.

Он проталкивается сквозь толпу и становится рядом со мной.

— Привет!..."

Кристофер Ишервуд "Прощай, Берлин": "O Tannenbaum"

"...Такой маленькой елки я в жизни не видел. Она была настолько крошечной и щуплой, что на ней могла держаться всего одна свеча, на самом верху. Ее украсили полоской мишуры. Герр Новак уронил на пол несколько горящих спичек, прежде чем смог зажечь свечу. Скатерть чуть не вспыхнула, если бы я не затоптал их.

— А где Лотар и Отто? — спросил я.

— Не знаю. Где-нибудь поблизости… Они теперь не часто показываются у нас — им тут не по душе. Все равно, нам и без них совсем неплохо, правда, Грета?

Герр Новак проделал несколько движений со слоновой грацией и запел:

— О Танненбаум, о Танненбаум. Эй, Кристоф, теперь давайте с нами вместе!.."

Стівен Кінг "Кладовище домашніх тварин": «Old Macdonald had a farm»

"...Та з Еллі і справді все було гаразд. Вона повернулася додому опівдні, радісна й усміхнена, її блакитна парадна сукня дзвоником граційно коливалася над здертими гомілками. (З’явилася нова подряпина на коліні, яка перевершувала попередні.) В руках у неї був малюнок чи то двох дітей, чи то двох ходячих кранів, шнурок на одній з туфель розв’язався, а стрічка з волосся кудись зникла.

— Ми співали про Старого Макдональда!* — закричала вона. — Мамо! Тату! Ми співали про Старого Макдональда. Та ж пісня, що і в моїй попередній школі!..."

* «Old Macdonald had a farm» — популярна дитяча пісенька, яка допомагає дітям вивчити звуки тварин. Перший запис було зроблено 1927 року. Найбільшої популярності пісня набула у виконанні «короля рок-н-ролу» Елвіса Преслі.