"...Потім я вигріб трохи лайна від спільноти літераторів, яка добачила в цьому, що я продався бізнесу, але, кажучи словами Джона Лі Гукера, "мене це нітрохи не конфронтує". Що стосувалося мене, то "Amazon" був просто ще одним місцем для оплачуваної публікації тексту - й до того ж одним з небагатьох, готових надрукувати таке довге оповідання..."
"...Конечно, все это как-то можно уладить. Иная и более важная причина летних поездок во Францию — то, что на этом настаивали Дейзи и Тео; по крайней мере, в прежние времена, когда между Иоанном и Дейзи еще не пробежала черная кошка. Дети любили деда, а его капризы воспринимали в точности как он сам — как признаки его величия, непохожести на обычных людей. И он обожал внуков, никогда не ругал и вообще в их присутствии старался держать себя в руках. С самого начала он решил, что должен направлять в нужное русло их интеллектуальное развитие, и, как выяснилось, правильно сделал. Едва стало ясно, что к книгам Тео проявляет мало интереса, Иоанн посадил его за фортепиано и научил играть простенькое буги в до-мажоре. Затем купил ему акустическую гитару и выволок из подвала кучу картонных коробок со старыми пластинками, на которых был только блюз — начиная от тяжелых, на семьдесят восемь оборотов, до поздних долгоиграющих, — и стал переписывать их на магнитофон, регулярно присылая внуку в Лондон готовые пленки. А когда Тео исполнилось четырнадцать лет, он на день рождения повез его в Тулузу послушать Джона Ли Хукера — то было одно из последних его выступлений.
А однажды летним вечером, после ужина, дед и внук вместе исполнили «St. James' Infirmary». Запрокинув голову к усыпанному звездами небу, старик выводил песню хрипловатым баритоном, старательно воспроизводя густой американский выговор; и, взглянув на Розалинд, Генри заметил, что на глазах у нее блестят слезы. А потом, когда четырнадцатилетний Тео сымпровизировал нежное и печальное соло, и у самого Генри, сидевшего поодаль на краю бассейна, перехватило дыхание: в этот миг он понял, что к таланту сына следует относиться серьезно..."
"...Во сне я думал о Джоне Ли Хукере. О том, каким он был в старые времена, до того, как снова стал знаменитым. У него была старая гитара со стальными струнами, и он играл на ней, сидя на маленьком стульчике. Стульчик стоял на деревянной подставке. Хукер втыкал в подошвы своих ботинок пивные пробки, чтобы громче стучать. Своего рода обувь для чечетки. Он сидел на стульчике и играл на гитаре в своем смелом, размашистом стиле, громко стуча ногами по деревянной подставке. Во сне я отчетливо слышал, как Хукер отбивает ритм по старой доске. Но этот шум производили не ботинки Джона Ли. Кто-то стучал в окно Бентли..."
