"...Нас добряче трусило під час того перельоту; в ті часи більшість польотів на літаках були саме такими. Ті літаки були паскудними бляшанками з двигуном, і просто диво, що ми всі там не повбивалися, як Бадді Голлі чи грьобаний Біг Боппер..."
"...Ці ритми робили дещо більше, ніж просто радували Річі. Вони допомагали йому почуватися більшим, дужчим, сповненим життя. Коли Френкі Форд співав "Морський круїз", або Едді Кокрен співав "Меланхолію літньої доби", Річі натурально переповнювався щастям. У цій музиці бриніла потужність, яка, здавалося, повноправно належить усім щуплим дітям, товстим дітям, потворним дітям, сором’язливим дітям - невдахам усього світу, коротше кажучи. У ній він відчував відчайдушно шалену електричну напругу, яка мала силу як убивати, так і підносити. Він боготворив Фетса Доміно (поряд з яким навіть Бен Генском здався б сухорлявим і струнким) і Бадді Холлі, котрий, точно як Річі, носив окуляри, і Верескливого Джея Гокінса, який вистрибував на своїх концертах із труни (чи принаймні так чув Річі), і "Довеллз", які танцювали не згірш чорних..."
"...Едді поривчасто додав швидкості. Світло натрієвого дугового ліхтаря підтягувалося ближче. Едді вже було видно ореол з комашні й метеликів. У бік траси №2 прямуваля якась вантажівка. перед підйомом угору водій перемикав передачу, і в нажаханому мозку Еддя промайнула відчайдушна думка, що той може пити каву з паперової чашки та слухати якусь мелодію Бадді Холлі по радіо, не уявляючи, що менш ніж за дві сотні ярдів від нього один хлопчик може стати мертвим у наступні двадцять секунд..."
"...Проклятье, так странно было не узнавать самого себя в зеркале… Короткая стрижка, гладко выбритый подбородок, а на носу — очки с оправой в стиле Бадди Холли и обычными стеклами.
В детстве некоторые принимали их с Манге за братьев.
"...Вилли вырос американцем, мальчишкой из Бруклина, игравшим в стикбол на улице, читавшим украдкой под одеялом комиксы и слушавшим Бадди Холли и Биг Боппера. Ни мать, ни отец ничего не понимали в этих радостях жизни, но Вилли это мало трогало, поскольку в те годы важнейшей целью его жизни было убедить себя в том, что родители у него не настоящие. Они казались ему чужими и непонятными с их нелепым польским акцентом и странными угловатыми манерами. Бессознательно он чувствовал, что выживет, только если сумеет противостоять им во всем. Когда отец скоропостижно скончался в сорок девять лет от сердечного приступа, скорбь Вилли помогло перенести тайное чувство облегчения. Еще на пороге отрочества, в двенадцать лет, он сформулировал свою жизненную философию: повсюду искать беды себе на голову. Чем больше страданий выпадает на твою долю, тем ближе ты оказываешься к истине, к неприглядной сути существования, а что может быть ужаснее, чем когда твой старик сыграет в ящик всего через шесть недель после того, как тебе исполнилось двенадцать? Подобное событие накладывало на тебя трагический отпечаток, снимало с дистанции крысиных бегов навстречу тщетным упованиям и сентиментальным иллюзиям, омрачало твой лик тенью подлинных душевных терзаний. На самом же деле Вилли особенно и не страдал. Отец для него всегда оставался загадочной фигурой; он мог молчать неделями, а затем вдруг разражаться внезапными вспышками гнева. Не раз он награждал Вилли оплеухой по самым пустяковым поводам. Нет, жизнь без этого мешка со взрывчаткой у тебя под боком была не столь уж и тяжела. Честно говоря, привыкнуть к отсутствию отца не составило ни малейшего труда..."
"...Кармен, Элли и Элис скрылись в домике, чтобы помыться перед едой. Ричер дождался, пока дверь за ними закроется, повернулся и пошел прочь. Такое решение показалось ему самым естественным. Он не хотел, чтобы его уговаривали задержаться здесь. Выйдя на шоссе, он зашагал на юг, и ему пришлось пройти почти милю по жаре, прежде чем его согласился подвезти беззубый старик на грузовичке. Ричер вышел на пересечении с автострадой I-10 и почти полтора часа ждал под палящим солнцем на западной развязке, пока мощный грузовик не затормозил рядом с ним. Ричер подошел к высокой кабине и заглянул в окно. Стекло опустилось. Он услышал музыку и мощное гудение дизельного двигателя. Он узнал Бадди Холли. Водитель наклонился к Ричеру. Это был полноватый мужчина лет пятидесяти, одетый в футболку «Доджерс», с лицом, заросшим четырехдневной щетиной.
"...– Значит, вы исследовали Лаббок? – спросила она.
– Я видел памятник Бадди Холли.
Ричер заметил, как она посмотрела на радиоприемник, будто подумала: «Если этот парень любит музыку, может, включить ему что-нибудь?»
– А вам нравится Бадди Холли? – спросила она.
– Не очень, – ответил Ричер. – Слишком ручной, на мой вкус.
Она кивнула, не поворачиваясь к нему.
– Согласна. Мне кажется, Ричи Вэленс был лучше. Он тоже из Лаббока.
– Да, я видел его имя на Аллее Звезд в Голливуде..."
Бадди Холли, настоящее имя Чарльз Хардин Холли (1936–1959) – американский певец, автор песен, пионер рок-н-ролла.
Ричи Веленс (Ричард Стивен Валенсуэла) родился в 1941 году. Один из первопроходцев на ниве рок-н-ролла, основатель чикагского рок-движения. До сих пор некоторые композиции Веленса – в первую очередь La Bamba, являются узнаваемыми и хорошо известными любителям рок-н-ролла.
Та же La Bamba (народная мексиканская песня) сделала Веленса пионером испаноязычного рок-н-ролла.
3 февраля 1959 года известно в Америке как The Day the Music Died. В этот день Веленс, Бадди Холли и The Big Bopper Ричардсон погибли в авиакатастрофе.
"...Мэтт появился из кухни, подвязанный красно-белым клетчатым фартуком. За ним тянулся аромат соуса к спагетти. — Простите, что так шумно, — сказал Мэтт. — Я глуховат, вот и делаю громко. — Хорошая музыка. — Я — приверженец рока еще со времен Бадди Холли. Чудесная музыка. Есть хотите? — Ага, — признался Бен. — Еще раз спасибо за приглашение. По-моему, с тех пор, как я вернулся в Салимов Удел, я ем в гостях чаще, чем за пять последних лет. — Городок у нас дружелюбный. Надеюсь, вы не против ужина в кухне. Пару месяцев назад явился антиквар и предложил мне за обеденный стол две сотни. А другим я еще не обзавелся. — Ничего страшного. Я — один из длинного ряда кухонных едоков..."
