Фредерик Бегбедер "Французский роман": Kraftwerk, Pink Floyd

"...Я влюбился в ночь, потому что ночью все представляется нереальным и праздничным. Я обожал искусственную красоту этого выдуманного мира. Любовник матери приоткрыл мне дверь в сказочную страну, где люди смеются слишком громко, где женщины прекрасны, а музыка чарует. Заметив, с каким вниманием я слушаю его композиции, диск-жокей «Кастеля» подарил мне кассету, которую я еще и сегодня иногда ставлю в магнитолу старого отцовского BMW — больше ее уже ни на чем не проиграешь: он свел «Radioactivity» группы «Kraftwerk» и «Speak to me/Breathe» в исполнении «Pink Floyd». Думаю, это лучший микс всех времен и народов..."

Kraftwerk

Pink Floyd

Фредерик Бегбедер "Французский роман": Jorge Ben, Patti Smith, Madness

"...Начиная с 1974 года мы провели на улице Планш много безоблачных и совершенно забытых дней. Новый отец — штука странная; к нему запрещено привязываться. Мой родной отец его ненавидел, и я чувствовал, что не имею права любить этого славного Барона в жатых полосатых пиджаках, который дарил мне подарки, возил в Ирландию ловить макрель, играл на расстроенном фортепиано джазовые мелодии, принимал у себя в белой гостиной завсегдатаев изысканного ресторана «Кастель» и по воскресеньям танцевал вместе с мамой самбу Хорхе Бена на бразильских завтраках у «Ги», на улице Мабийон. Мы не могли себе позволить сродниться с ним: а вдруг они с матерью тоже расстанутся (это опасение оправдалось). Тем не менее именно в его квартире мы с братом пять лет спустя впервые начали собирать друзей; Шарль в сотый раз заводил «Because the night» Патти Смит, а я — тоже раз по сто — ставил «One step beyond» группы «Madness». Мы с таким пылом отплясывали под музыку, что белый паркет был весь испещрен росчерками наших черных подошв. Приятели расходились от нас с мокрыми пятнами под мышками..."

Jorge Ben

Patti Smith

Madness

Фредерик Бегбедер "Французский роман": Blue Öyster Cult

"...Взлеты и падения, случавшиеся в личной жизни нашей матери, имели ряд побочных последствий. С нуля до шести лет — богатство, с шести до восьми — бедность, с восьми до четырнадцати — роскошь, с четырнадцати до восемнадцати — почти нищета. Вместе с матерью мы перебирались в ее маленьком белом «Фиате-127» из огромных апартаментов в крошечные конурки. Никто не обвинит мою мать в корысти: из чистого романтизма она дважды без колебаний бросала великолепное жилье и втискивалась с обоими сыновьями в квар-тиренку, оплачиваемую грошовыми гонорарами за переводы дебильных романов серии «Арлекин». Еще вчера у каждого из нас была своя комната, а назавтра мы уже опять спали на двухъярусной кровати. Мы не голодали — просто носили свитеры с заплатками на локтях. Когда мне было 17 лет, мы жили на улице Коэтлогон и делили с братом одну спальню на двоих; стены в ней были обтянуты голубой тканью. Нам даже случалось приводить туда девчонок — в свои односпальные койки. Шарль занимался с ними любовью в полной тишине, зажимая очередной подружке ладонью рот, — я в это время притворялся, будто сплю. Иногда посреди ночи он будил меня и требовал прекратить кашлять или ворочаться; я в ответ предлагал ему перестать скрипеть зубами и храпеть. Когда он корпел над высшей математикой, я нарочно включал на полную громкость «Blue Oyster Cult». Совместное существование — это не так уж просто. По достижении совершеннолетия каждый из нас постарался как можно быстрее сделать из дому ноги, и с тех пор мы отдалились друг от друга. Наверное, он испытал облегчение. Я все еще прихожу в себя...."

Фредерик Бегбедер "Любовь живет три года": Simon & Garfunkel, James Taylor, Joe Dassin, Elton John, R.E.M., Michel Berger, The Rolling Stones, Randy Newman, The Beach Boys, Бетховен

"...Вот вам еще списочек грустных песен, которые полезно слушать, чтобы выбраться из ямы: «April come she will» Саймона & Гарфункеля (20 раз),

 

«Something in the way she moves» Джеймса Тейлора (10 раз),

 

«Если бы тебя не было» Джо Дассена (5 раз),

 

«Sixty years on» и «Border song» Элтона Джона (40 раз),

 

«Everybody hurts» группы REM (5 раз),

 

«Несколько слов любви» Мишеля Берже (40 раз, но лучше никому не говорите),

 

«Memory Motel» «Роллинг Стоунз» (8 с половиной раз),

 

«Living without you» Рэнди Ньюмена (100 раз),

 

«Caroline No» «Бич Бойз» (600 раз),

 

«Крейцерова соната» Людвига ван Бетховена (6 тысяч раз).

 

Отличная сборная солянка – у меня уже и слоган готов:
Сбор врачует ум,
Сбор для черных дум..."

Фредерик Бегбедер "Любовь живет три года": Bryan Ferry "As Time Goes By"

 

"...Три года! Статистика, биохимия, мой личный опыт: срок любви один и тот же. Не нравятся мне такие совпадения. Почему три года, а не два, не четыре или, скажем, шестьсот? На мой взгляд, это подтверждает существование трех этапов, которые не раз выделяли Стендаль, Барт и Барбара Картленд: Страсть-Нежность-Скука, цикл из трех ступеней, каждая длиной в год – триада, незыблемая, как Святая Троица.
В первый год покупают мебель.
На второй год мебель переставляют.
На третий год мебель делят.
Все сказано в песне Ферри: «Со временем любовь проходит». Кто вы такие, чтобы тягаться с железами и нейромедиаторами, которые неизбежно вас подведут точно в срок? Ладно бы лирика, с поэтами можно поспорить, но против естественных наук и демографии не попрешь..."

 

 

Стивен Хантер "Второй Саладин": «Horst-Wessel-Lied»

 

"...Все вокруг действительно походило на сон: все эти мелочи, оживленные улицы, молодая плоть повсюду вокруг, карнавальные ритмы, сверкающие товары, выставленные напоказ. Все это ассоциировалась у него с музыкой, он почти различал мелодию. Она звучала внутри. Что-то южноамериканское? Азиатское?
Нет, нет, в ней проскальзывали отголоски чего-то тевтонского: это был «Хорст Вессель», и ее распевали колонны доблестных молодых атлетов, расхаживающих по ярко освещенным газовыми фонарями улицам города Данцига чудесным весенним вечером 1934 года. Он, восьмилетний, был там со своим отцом. Они были поляки, но одновременно и евреи, в польском городе, который одновременно был немецким городом. Тогдашние ощущения очень походили на теперешние. Столько животной силы вокруг. Столько цвета и мускулов. Возможно, все дело в этих странных фонарях, натыканных по всему Вашингтону, свет которых напоминал землистый оттенок газового освещения. Он не видел стягов и памятных с тех дней свастик, украшающих все вокруг. Тогда его детские глаза не усматривали в них никакого зла; они просто казались ему любопытными..."

 

 

Стивен Хантер "Второй Саладин": Rosemary Clooney, Bing Crosby

"...Она не знала точно, когда он ушел; она задремала, и он не стал ее будить. Когда она наконец проснулась, было около пяти; он укрыл ее одеялом.
Телевизор все еще работал, и она узнала фильм – «Светлое Рождество» с Бингом Кросби и Дэнни Кэйи. На экране бывшие солдаты встречались после разлуки в каком-то вермонтском отеле, принадлежащем генералу. И кому только взбрела в голову дурацкая идея показать это кино в Бостоне в разгар весны?

Но у Джоанны не было сил выключить телевизор. Она чувствовала себя совершенно разбитой, ее лихорадило. У нее не было желания даже шевелиться, и она снова усомнилась в своей силе, в своем рассудке. Она попыталась переключить внимание на «Светлое Рождество»: Дэнни Кэйи носился, как умалишенный, Бинг стоял столбом и пел. А это что за женщины? Розмари Клуни? Что случилось с Розмари Клуни? Вера-Эллен. А какая у Веры-Эллен фамилия? Эллен? Миссис Эллен?.."