Паоло Ди Реда, Флавия Эрметес «Лабиринт тайных книг»: Жорж Бизе "Кармен"

"...Он потрясен: первый раз в жизни попал в полицейский участок и до сих пор не может понять почему. Он с трудом пытается восстановить в голове ход событий этой проклятой ночи. Все случилось так быстро…

Итак, какой-то человек позвал Жаклин, она отошла с ним в сторону, после чего начался полный абсурд: человек весь в крови упал на землю, а Жаклин убежала, прежде чем крики людей взбудоражили площадь, выведя толпу из транса. Казалось, что это часть спектакля, так хорошо соответствовавшего экстраординарному вечеру.

Потому Раймон и не отреагировал вовремя, не последовал сразу же за Жаклин. Он бросился за ней каким-то мигом позже и тут же потерял ее из виду. Она будто растворилась в воздухе.

Тогда он вернулся за столик, попробовал позвонить ей — и услышал мотив «Хабанеры» из «Кармен», звучащий из сумки Жаклин, оставленной на стуле. Значит, у нее с собой ни документов, ни телефона..."

Паоло Ди Реда, Флавия Эрметес «Лабиринт тайных книг»: The Doors "When the Music's Over"

"...Он больше не слышал музыку, вместо нее в ушах звучала барабанная дробь. И громче всего летел над головами мотив танца змея Мойо. Джим никогда бы не подумал, что сможет вспомнить его, но в какой-то миг этот ритм буквально просверлил его мозг.

Он ухватился за стойку микрофона, чувствуя, что душа покидает его, в то время как ужас парализует каждый мускул: в темноте, среди публики бродит изголодавшийся тигр. Он ощутил абсолютную уверенность — это не галлюцинации, не какие-то видения, вызванные алкоголем; там, среди толпы, слушавшей его все более слабеющий хриплый голос, находится тигр, появившийся здесь лишь из-за него.

Когда он пришел в себя, тигр исчез, и Джим с трудом начал петь, чувствуя невыносимую усталость.

Вдруг он заметил горящие глаза, которые не отрываясь смотрели на него сначала из центра зала, потом начали приближаться. Тигр снова был там и нацелился на Джима.

Джим схватил стойку микрофона и обрушил на прыгнувшего на сцену тигра град бешеных ударов. Он отбивался изо всех сил, но тигр снова и снова возвращался, не замечая сопротивления.

Вдруг кто-то положил руку на его плечо. Тигр исчез, и Джим замер, ожидая, когда смолкнет музыка.

«Когда музыка смолкнет, выключи свет…» Джим помнил только, что менеджер после концерта проводил его до черного лимузина, держа за руку, как ребенка, которого первый раз ведут в детский сад. Посадил сзади, прежде чем остальные музыканты в молчании устроились рядом. Захлопнулись дверцы, затемненные стекла поднялись, и автомобиль медленно покатил в направлении гостиницы, куда, казалось Джиму, они никогда не доберутся. В машине, медленно ползущей во влажном тумане, повисло тяжелое молчание..."

Паоло Ди Реда, Флавия Эрметес «Лабиринт тайных книг»: Jim Morrison и The Doors

"...Ему пришлось вернуться в Новый Орлеан: подвернулась работа. Он не хотел, но отказаться оказалось невозможно. Он был обязан сделать это для Рэя, для Робби, для Джона.*

Джим предпочел бы вернуться сюда один, чтобы увидеть другие места, узнать целиком этот город, увидеть Анн. Анн, которую он не забыл.

Атмосфера города на берегу озера не отпускала его, и воспоминания о пережитом здесь нередко облегчали боль. Ему хотелось бы найти Анн, но на поиски не оставалось времени — оно было только для песен, для выступлений..."

* Рэй Манзарек, Робби Кригер, Джон Денсмор вместе с Джимом Моррисоном входили в состав американской рок-группы «The Doors», созданной в 1965 г. в Лос-Анджелесе.

Паоло Ди Реда, Флавия Эрметес «Лабиринт тайных книг»: Джордж Гершвин

"...Я лечу в Париж. Я так взволнована, что совершенно выбита из колеи. Наконец-то увижу его собственными глазами: впервые смогу побывать в городе моей мечты, о котором столько слышала от бабушки (по крайней мере раз в год она бывала там с концертами). Моя бабушка Катрин — пианистка — была признана одной из лучших исполнительниц Гершвина. Пока здоровье позволяло, она неустанно гастролировала, включая в программу тура выступление в Париже..."

Борис Старлинг "Мессия": "Greensleeves"

"...Звучит мужской голос, очевидно усталый.

– Тюрьма ее величества Пентонвилль.

– Я бы хотел поговорить с начальником.

– Боюсь, что начальник сейчас...

– Это старший полицейский офицер Меткаф из Скотланд-Ярда. Мне нужно поговорить с вашим начальником по делу неотложной важности. Мне все равно, чем он занимается. Вам придется оторвать его от этого занятия.

– Откуда мне знать, что вы тот, за кого себя выдаете?

– Вам что, прислать наряд полиции, чтобы вы поняли, с кем имеете дело?

– Ладно, ладно. Я сейчас вас соединю.

На линии слышна мелодия "Зеленые рукава"..."

Борис Старлинг "Мессия": Joan Osborne "One of us"

"...Диск-жокей на "Кэпитал" ставит пластинку Джоан Осборн, которую Ред узнает. Мелодия затягивает, и Ред машинально начинает подпевать, вторя словам, хотя и не подозревал, что знает их. А подпевая, прислушивается и удивляется тому, почему никогда не обращал на них внимания:

Если в у Бога было лицо, то как бы он выглядел, Бог?

И захотел бы ты это узнать, увидеть, если бы смог?

Ведь если узнать – значит, поверить в Небеса и всяких пророков И святых, которые, как говорят, не одобряют пороков.

Ред непроизвольно подпевает все громче.

Но что, если бы Бог был одним из нас?

Вот таким же придурком, как ты сейчас.

Его тянет домой, к своим Небесам,

Только вот добираться он должен сам.

И никто не брякнет ему по трубе, в бесконечном Его одиночестве.

Ну вот разве что Папе, который из Рима, вдруг позвонить захочется.

Чертов диджей, которого его трепотня явно интересует гораздо больше музыки, начинает идиотские разглагольствования задолго до окончания записи. Ред в ярости нажимает кнопку, отрубая все эти бредни, и дальше, в Биллингсгейт, едет в угрюмой тишине. Сопровождаемый лишь мрачными предчувствиями..."

Борис Старлинг "Мессия": Luciano Pavarotti

"...По мере того как Израэль говорил, голос его набирал все большую мощь, и теперь его можно было сравнить с Джеймсом Эрлом Джоунсом и Лючано Паваротти в одном лице..."