"...В это утро сельва казалась уже не такой непролазной, как в предыдущий день, а потому мы шли заметно быстрее. Наверное, именно по этой причине, а может, потому что сквозь верхние ярусы растительности здесь проникало немножко солнечного света или же просто потому, что нам удалось вдоволь наесться, мы все пребывали в гораздо более бодром настроении. Профессор Кастильо иногда даже вдавался в рассуждения на одну из тех очень скучных тем, на которые он любил разглагольствовать. Кассандра, в свою очередь, рассказывала о неожиданных открытиях, сделанных при проведении археологических раскопок, в которых она участвовала в Гибралтарском проливе возле города Барбате, а Иак время от времени показывал нам различные местные растения и объяснял, какими целительными и прочими свойствами они обладают: например, жарака помогала при укусах змей, инмортал-де-пантано — при кровотечениях, а парапара, представляющая собой маленький белый цветок безобидного вида, в высушенном и измельченном виде при обычном контакте с кожей вызывала легкий зуд, за которым следовало временное онемение. Что касается меня, то я попытался развлечь своих спутников одной из песен Джека Джонсона, однако в середине второго куплета прямо над нашими головами раздался раскат грома, и Касси с профессором заявили, что это предупреждение с небес, и заставили меня замолчать..."
четверг, 19 сентября 2013 г.
Фернандо Гамбоа "Черный город": The Beach Boys
"...Я же окинул его с головы до ног взглядом, еле сдерживая улыбку.
— Привет, проф, — обратился я к нему. — А что это вы вырядились, как исследователь Африки? Хотите пройти по следам Ливингстона?
Профессор внимательно осмотрел свою одежду.
— Очень остроумно… — сказал он, приглаживая рубашку. — Это одежда для тропиков. Самая лучшая из всего, что было у них там, в магазине.
— Глядя на этот наряд, невольно думаешь, что вы собрались охотиться на львов.
— Ну что ж, не у всех имеется хороший вкус по части одежды… — Профессор пожал плечами и, показав на меня, добавил: — Кстати, только что звонил солист рок-группы «Бич бойз». Он хочет, чтобы ты вернул ему его рубашку.
Касси, слушая, как мы подшучиваем друг над другом, и, по-видимому, вспомнив старые добрые времена, улыбнулась..."
Фернандо Гамбоа "Черный город": João Gilberto
"...— Я по ней скучаю, — прошептал я, глядя на стакан отрешенным взглядом.
— Неужели?.. — усмехнулся Диего, навалившись животом на противоположную сторону стойки бара.
Из маленького динамика, установленного в углу заведения, терзал душу аккордами Жуан Жилберту*, и мне казалось, что какой-то безжалостный китайский иглотерапевт вонзает мне прямо в сердце иголки под ритм босановы.
— Я идиот, — сказал я, отпивая глоток текилы.
— Все мы идиоты, — философски заметил мой собеседник..."
* известный бразильский певец и гитарист. Считается «отцом» босса-новы.
понедельник, 16 сентября 2013 г.
Роальд Даль "Мой дядюшка Освальд": Рахманинов, Пуччини
"...– Жук помогает, – сказала она, – без сомнения, помогает, но то, как творческий гений обращается со своей аппаратурой и как обычный мужик, – сравнить нельзя. Вот почему мне так все это нравится.
– Я, по-твоему, обычный мужик?
– Не обижайся, – сказала она, – не можем же мы все быть Рахманиновыми или Пуччини.
Это меня глубоко ранило. Ясмин задела больное место. Я дулся всю дорогу до Вены..."
Роальд Даль "Мой дядюшка Освальд": Пуччини, Штраус
"...Составить список великих людей и гениев было гораздо труднее. Очень немногие из них, вроде Пуччини, Ренуара и Моне, Джозефа Конрада и Рихарда Штрауса, были очевидны. Как решить, кто из теперешних – 1919 года – знаменитостей будет оставаться великим и знаменитым через двадцать или даже пятьдесят лет? Это походило на лотерею, но немало зависело от чутья и точного суждения. Тем не менее, список потенциальных гениев был составлен...."
Роальд Даль "Мой дядюшка Освальд": Игорь Стравинский
"...– В вашей схеме есть просчет, – сказал А. Р. Уорсли.
– Какой?
– Действительно ценная сперма – это не сперма Эйнштейна или Стравинского, а отца Эйнштейна или отца Стравинского. На самом деле гениев произвели эти люди. Значит, ваша схема – мошенничество.
– Мы собираемся делать деньги, – возразил я, – а не плодить гениев. Кроме того, женщины никогда не захотели бы получить сперму отца Эйнштейна. Им нужна инъекция живых сперматозоидов самого знаменитого мужчины...."
воскресенье, 15 сентября 2013 г.
Роальд Даль "Мой дядюшка Освальд": Вагнер, Брамс, Дворжак, Чайковский, Бетховен
"...– Вернитесь назад лет на шестьдесят, – предложил я. – Кого бы из гениев, живших в 1860 году, вы выбрали в качестве донора?
– Диккенса, – сказал А. Р. Уорсли. – И Рескина, и Марка Твена.
– Брамса, – добавил я, – и Вагнера, и Дворжака, и Чайковского. Можно уйти к началу столетия и перейти к Бальзаку, Бетховену, Наполеону, Гойе. Разве не потрясающе было бы, если в нашем банке из жидкого азота стояла бы пара сотен трубочек с живой спермой Бетховена?
– Что бы мы с ними сделали?
– Продали бы, конечно.
– Кому?
– Очень богатым женщинам, которые хотят ребенка от одного из величайших гениев всех времен и народов.
– А что скажут их мужья?
– Их мужья не узнают. Только мать будет знать, что она беременна от Бетховена.
– Это же жульничество.
– Представьте себе, – сказал я, – эту богатую, но несчастную женщину замужем за каким-нибудь редкостно безобразным, грубым, невежественным и неприятным промышленником из Бирмингема. И вдруг в какой-то момент у нее появляется смысл жизни. Представьте, как она прогуливается по ухоженному саду огромной виллы мужа, напевает медленную часть "Героической симфонии" Бетховена и думает про себя: "Это же чудо, я беременна от мужчины, который написал эту музыку сто лет назад".
– Но у нас же нет спермы Бетховена.
– Необязательно Бетховена. Я просто пытаюсь заставить вас понять, как будет выглядеть наш банк спермы через сорок лет; если мы начнем сейчас, в 1919 году.
– А кого мы туда можем включить? – спросил А. Р. Уорсли.
– Кого бы вы предложили? Кто гений нашего времени?
– Альберт Эйнштейн.
– Хорошо, – согласился я. – А еще кто?
– И Дебюси, – добавил он...."
Подписаться на:
Сообщения (Atom)