"...Директор ВОЗ не ошиблась в определении стиля музыки как «романтический», но исполнявшийся фрагмент был сочинён не Берлиозом, а другим композитором романтического направления — Ференцем Листом.
В этот вечер глубоко под землёй Стамбульский государственный симфонический оркестр исполнял одно из известнейший сочинений Ференца Листа — его Данте-симфонию — вся композиция была навеяна дантовским нисхождением в ад с возвращением из него.
— Выступление продолжается всю неделю, — сказал Лэнгдон, тщательно изучая мелкий шрифт плаката. — Бесплатный концерт. Подписано анонимным благотворителем...
В этот вечер глубоко под землёй Стамбульский государственный симфонический оркестр исполнял одно из известнейший сочинений Ференца Листа — его Данте-симфонию — вся композиция была навеяна дантовским нисхождением в ад с возвращением из него.
— Выступление продолжается всю неделю, — сказал Лэнгдон, тщательно изучая мелкий шрифт плаката. — Бесплатный концерт. Подписано анонимным благотворителем...
...Когда Лэнгдон вошел в дверной проем и стал спускаться по крутым ступеням позади Брюдера, он почувствовал теплый ветер, порывами налетающий на них из глубины хранилища. Влажный бриз донес звуки «Симфонии Данте» Листа вместе с узнаваемым, но непередаваемым запахом… запахом огромного бедствия, ожидающего людей, собравшихся вместе в закрытом пространстве.
Лэнгдон внезапно почувствовал призрачную пелену, обволакивающую его, как будто длинные пальцы невидимой руки протянулись из земли и прошлись по его телу.
Музыка.
Симфонический хор — сотни энергичных голосов — теперь напевал хорошо знакомый отрывок, отчетливо произнося каждый слог мрачного текста Данте.
— Lasciate ogne speranza, — сейчас распевали они, — voi ch’entrate.
Эти шесть слов — самая известная строка всего «Ада» Данте — поднимались от подножия лестницы подобно зловещему запаху смерти.
В сопровождении нарастающих звуков трубы и валторны, хор снова пропел предостережение. «Lasciate ogne speranza voi ch’entrate!»
Оставь надежду всяк сюда входящий!..."
Лэнгдон внезапно почувствовал призрачную пелену, обволакивающую его, как будто длинные пальцы невидимой руки протянулись из земли и прошлись по его телу.
Музыка.
Симфонический хор — сотни энергичных голосов — теперь напевал хорошо знакомый отрывок, отчетливо произнося каждый слог мрачного текста Данте.
— Lasciate ogne speranza, — сейчас распевали они, — voi ch’entrate.
Эти шесть слов — самая известная строка всего «Ада» Данте — поднимались от подножия лестницы подобно зловещему запаху смерти.
В сопровождении нарастающих звуков трубы и валторны, хор снова пропел предостережение. «Lasciate ogne speranza voi ch’entrate!»
Оставь надежду всяк сюда входящий!..."
